Щуки и карабины

0
150

Лед встал. Любители бершового экстрима по традиции проваливаются и даже тонут. Что тут скажешь? Кроме философских рассуждений ничего в голову не лезет. А вот щукари-жерличники — совсем другое дело.

Прибрежный камыш, богатый щуками, с первых дней закатан во вполне надежный лед. Да и события разворачиваются совсем недалеко от берега, на полуметровой глубине. И жерличников с каждым годом все больше. Трудно найти место, где бы лед не был рассверлен под цепочки жерлиц. И это в будни. В выходные есть риск остаться без своего пятачка льда.

Эта зима пока идеальна. Ни жутких морозов, ни лихих оттепелей. Лед с каждым днем прирастает на сантиметры, и уже понятно, что он доживет до весны.

перволедок

С первым выходом на лед я задержался по уважительной причине. Сведения о десятках щук и о килограммовых окунях уже поступали со всех сторон. Не планируя добычу, даже не стал искать мотыля, а взяв пару безмотылок, отправился в традиционное место своего осеннего дебюта. День был будничный и весьма прохладный. Бывает так: и мороз невелик, и ветра пронизывающего нет, а зябко как-то.

Партнер мой, большой оригинал Слава, накануне поймал пару окуньков, и мне не пришлось искать уловистое место. На паре окуньков надо остановиться. Слава живет в деревне прямо на берегу залива. На лед он выходит к обеду, ловит исключительно на червя. Обловить его по количеству способен даже ребенок. Обловить по качеству не способен никто. Поэтому два окунька потянули почти на килошку, а ловил он их 40 минут.

Выходим на окуниное пастбище и сверлим первые лунки. В бухте один жерличник, расположившийся традиционно вдоль камышовой стены. Слава запускает под лед невообразимую мормышку с червяком, а я чертика. Клева нет. Нормальный рыбак уже давно носился бы с буром в поисках рыбы и был бы прав. Мы со Славой ненормальные. Он сидит на корточках над своей жуткой удочкой, изо рта идет дым. Дым у него идет всегда.

Слава курит. Удивительно: бычок столь мал, что не виден среди усов. И так всегда. Увидеть его с сигаретой в руках мне не доводилось. Всегда в усах невидимый окурок.

По кивку пара легких ударов, а у Славы на льду первый окунь. Но и на моей улице праздник. И хотя ловлю на крупного чертика, моего окуня со Славиным не сравнишь. В течение часа несколько раз слегка меняем позиции, и в итоге Слава в очередной раз показал мастер-класс. Не навороченный, сплошь основанный на дорогих снастях, а доморощенный, бесплатный. Для дебюта хватило и пары часов.

Погода не способствовала долгому пребыванию на льду, но не навестить жерличника я не мог. Судя по всему, не одну сотню подобных рыбалок он уже совершил и мой критический взгляд оплошностей не разглядел. Флажки были плохо видны, и во время разговора он засомневался в одном и пошел его проверять. Вернулся и показал поводок с разогнутым карабином. Умение выводить щуку в лунку — дело тонкое, и я решил, что все-таки прокололся он сам. Или за лед цапанул, или попер буром. Мужик что-то говорил о пяти килограммах и о том, что на сегодня уже второй разогнутый поводок. Это только усилило мои подозрения в истинной причине случившегося.

Приехав через пару дней, с жерлицами и мотылем, мы пошли со Славой к дальней камышовой стене. Я в надежде, что там еще девственный лед, а Слава… А ему все равно, куда идти. Удивил он меня еще с утра.

Оказалось, что он вчера выставлял 6 жерлиц, которые я ему задарил. Но еще больше удивил его рассказ, из которого следовало, что на два сработавших флажка оказался один разогнутый карабин. Момент поклевки он не видел, а когда пришел к жерлице, было уже поздно. Размотав всю короткую леску, щука ушла. Такое бывает часто, но в большинстве случаев рвется леска. А тут опять карабин…

Жерлицы расставил быстро, но живец ловился за пределами видимости флажков, и я решил набраться терпения и караулить флажки. Скучно, но хотелось поймать первую зимнюю щуку. Слава жерлицы ставить не стал, а предпочел бродить в поисках окуня, постепенно удаляясь от меня. Среди жерлиц у меня было выставлено три поставушки, которые надо было периодически проверять. Пара пустых поклевок часа за 4 заставила меня задуматься о судьбе, и я все чаще поглядывал в сторону берега. Жерличников было много, никак не менее десятка. Все тупо бродили по льду в своих зонах, и не было ни единого забега. Начались братания, и я в конце концов тоже навестил своего соседа.

Сосед был типичным рыбаком, и понесло его быстро. То, что только вчера он здесь поймал 11 щук, я перенес почти стойко, то, что все щуки были больше 2 кило, вызвало какую-то брезгливость, а то, что это ерунда, а вот до этого… Поймать 11 щук за 2 кило можно, но при этом должно быть 22 от 400 граммов до килограмма. Мы же ловим в одном месте и на одних и тех же живцов.

Расстроенный неуважением к моей рыбацкой практике, побрел на свой участок и сразу стал собираться домой. Начинать надо было с поставушек и, естественно, с крайней. Около нее я за день побывал раз 20, приподнимал и проверял — не размотана ли? Вот и сейчас все было на автомате. Но успел удивиться тому, что окунек-живец шевелит опорную палку. Вел себя тихо, а тут разгулялся под конец. Поднимаю леску и тут только понимаю, что леска размотана. Падаю на колени и осторожно выбираю. Сопротивления нет. Неужели окунь так раздухарился, что леску размотал? И тут из лунки появляется поводок с… разогнутым карабином. Ступор. Понимаю, что у моих ног секунду назад, дергая палку, щука разогнула карабин и ушла. Взял бы в руки, погасил бы рывки, но не успел на пару секунд. И карабин! Самое удивительное, что опять карабин.

Еще через пару дней все повторяется. Со Славой рыбачим, я выставил жерлицы, он ловит окуней.

Расположился совершенно в другом месте. Ветер, порой срывающийся в метель. Слава с утра бубнит — щуки не будет. Я с тупым упорством утверждаю — сейчас подойдет. Пустая поклевка и щуренок на 300 граммов — это все, что удалось изобразить. Щуренка бережно отпустил. Все. Терпение на исходе. Неужели и второй день будет столь же пустым? А что неужели, если я начинаю собирать жерлицы? Это уже не неужели. Это полное фиаско.

Начинаю традиционно с поставушек. Первые две собрал и направился к третьей. Подошел Слава:

— Говорил тебе, что щуки не будет.

— Еще восемь жерлиц не сняты, пока собираю, одна сработает.

Мы уже у третьей поставушки и вдруг Слава говорит:

— Вот тут и будет щука.

— Нет, тут не будет, я раз двадцать ее проверял, последний раз 5 минут назад, — и поднимаю палку. И тут меня кто-то уверенно дергает за руку и тащит в лунку. Падаю на колени, замечаю удивление в Славиных глазах. Мысль о карабине проскочила первой. Щука нехилая. Ведь разогнет. Да и лунка уже на полдиаметра надежно замерзла.

Глаза боятся, а руки делают. Руки привычно выбирают леску, подводят щуку к лунке и на тормозах отпускают ее обратно. С какой-то попытки вижу в лунке уже поводок, но и здесь щука вновь уходит на всю длину. Но вот опять поводок в лунке и я осторожно пропихиваю багорик. Лунка столь мала, что без багра щуку не протащишь. Есть!

Красивая мощная щука, потянувшая ровно на 2500, на льду. Не гигант, но для начала пойдет. И борьба была, и карабин внес свою адреналиновую лепту.

— Слава, а с чего ты вдруг решил, что именно здесь сидит щука? Палка же спокойно лежала.

В ответ из усов повалил дым. Сезон открыт. Уверен, что щук еще будет немало, но первая уже не встанет в их ряд. Она первая! Она с приключениями! И я опять не боюсь карабинов!

П. Елизаров
«Российская Охотничья газета № 49 — 2007 г.»

Отправить ответ

Оставьте комментарий!

avatar
wpDiscuz